Социально-исторический проект
Алексей из России

ЛГБТ в России. Псевдожизнь в состоянии зиготы

Алексей Назаров, Санкт-Петербург
42 года
Меня зовут Алексей Назаров. Я живу в городе Санкт-Петербурге, мне 42 года.

Помните ли вы СССР? Сколько лет вам было, когда он распался?

Я родился в марте 1978 года. Я учился в советской школе, хорошо помню советский быт, людей. Жил на два города: родился и прожил в Воронеже, но часто бывал в Москве. Могу сравнить московский и провинциальный уровни Советского Союза. Когда СССР распался в 1991 году, мне было 13 лет.
Какие воспоминания вызывает у вас советское время?

Советское время вызывает у меня одну четкую стойкую ассоциацию – империя лжи. Всё построено исключительно вокруг лжи и обмана. Люди говорят одно, а делают другое. И эта модель, когда ты поступаешь не так, как думаешь, она сохранилась и до сих пор.

Кем были ваши родители?

Мама – кинолог. Она у меня женщина властная. Папа в советское время был врачом-реаниматологом на скорой помощи. Он старше мамы на 13 лет.

Сколько вам было лет, когда вы осознали, свою принадлежность к ЛГБТ?

У меня не было такого момента в жизни. В шестилетнем возрасте у меня был физический половой контакт с ровесником. В центре Воронежа мы забрались в укромное место, где изображали половой акт мужчины и женщины. Я отчетливо помню, как это было, как стояли наши маленькие письки. Уже с 6 лет я прекрасно знал, что мне нравятся мальчики. В школе всегда смотрел только на мальчиков. У меня не было каких-то страданий, что я гей, или, что меня влечет к мальчикам. У меня не было момента… Как у некоторых бывает, что они в возрасте полового созревания осознают, что им нравятся не девочки, а мальчики, и они такие: «Ох! Как жить дальше?» Или кто-то осознаёт ещё позже… Вот у меня такого не было. Я всегда знал, что мне нравятся парни. Помню, в 10-м классе мне очень нравился парень Миша. Я как-то писал ему любовное стихотворение, позвонил вечером по телефону и прочитал, признался таким образом в чувствах своих…

То есть я правильно понимаю, что вас не беспокоило, что вы отличаетесь от других детей, что это может как-то восприняться как отрицательная характеристика?

У меня были другие вещи, которые меня пугали. Я боялся высоты. Темноты в детстве боялся. А того, что мне нравятся мальчики, я не говорил никому, но вёл себя достаточно открыто. Я в маму пошёл, у меня такой лидерский характер.

То есть не было никогда какого-то чувства ненормальности, что отличаетесь как-то от других людей?

Нет, такого никогда у меня не было.
«Мне тут почти 7 лет. Уже тогда я понимал, что меня привлекают мальчики». Воронеж (СССР). Январь 1985.
А какими были ваши представления о дальнейшей жизни?

Я всегда хотел жить с парнем, которого я бы любил, а он любил бы меня. Я думал, что мы будем работать, жить открыто в Петербурге. И, кстати, 12 лет назад, когда мне было 30, я осуществил свою мечту – переехал жить в Петербург.

То есть никогда не было таких традиционных планов, как жениться…

У меня никогда не было мысли использовать женщину как прикрытие. Создать иллюзию семьи для кого-то – вообще не мой вариант.

А в детстве были какие-то представления о какой-то традиционной семье, что вот когда я вырасту, у меня будет то-то и то-то?

Никогда у меня не было желания иметь гетеросексуальную семью. Я всегда хотел иметь партнёра парня.

А в каком возрасте вы признались о себе друзьям, близким людям?

Маме и бабушке я не рассказывал. Но исходя из того, что у меня в студенческие годы были длительные отношения с молодым человеком, думаю, мои родные всё прекрасно знают и понимают. Каминг-аута перед ними у меня не было. Хотя они легко могут найти информацию обо мне в интернете, в СМИ.

Первый раз о себе я рассказал, кажется, в 1997 году, мне было 19 лет. Это было в университете перед сокурсниками. Мне вообще повезло, я никогда особо не сталкивался в Воронеже с какой-то особой гомофобией и преследованиями. В школе, конечно, разное бывало, кричали некоторые люди, но я пропускал это мимо ушей.

А вообще сложно ли было совершить каминг-аут в тех условиях?

Мои юность и студенчество пришлись на 90-е годы, эпоху свободы, демократии. Тогда стали говорить об ЛГБТ-людях. Хотя такой аббревиатуры «ЛГБТ» ещё не было. Говорили «тематические», «голубой», «розовая». Я выписывал домой газету «Двое», где рассказывалось о гомосексуальных отношениях. Такую газету можно было легко выписать по почте. И её бросали мне в почтовый ящик.

Не было ещё никакого интернета. Я знакомился через газеты. Люди давали объявления в газету. Однажды я дал объявление со своим домашним адресом. И так удивился, когда открыл дверь, а на пороге стоит такой симпатичный мальчик: «Я пришел знакомиться с Алексеем». Я растерялся и говорю: «Мой брат ушёл гулять» – и закрыл дверь. С тех пор я домашний адрес не указывал. В таких объявлениях обычно использовали абонентские ящики на почте, или писали письма до востребования.

Это была эпоха свободы. У меня было чувство собственной свободы, достоинства, ощущение, что мы строим новую Россию, и я буду жить в России будущего. Я старался быть открытым и честным.
«Я мечтал жить в Петербурге с момента, как впервые оказался в этом городе в 1989 году. В 30 лет я исполнил мечту детства». Санкт-Петербург (Россия). Июль 2001.
И всё же, как реагировали люди, когда разговор заходил о сексуальной ориентация?

Мой друг Антон тоже не скрывал о себе ни в университете, нигде. И он рассказал своей маме. Это было ужасно: она протестовала, кричала. Он уже давно живёт со своим партнёром в другом городе, но его мама до сих пор не принимает этого. Другие мои знакомые каминг-аут не совершали. Было страшно рассказать. Некоторые маскировались, женщинами прикрывались.

А был ли в вашем опыте такой случай, когда реально менялись отношения с человеком, после того, как он узнавал о вашей ориентации?

У меня не было знакомых, которые бы от меня отвернулись.

А какие были реакции? Или большинство ваших знакомых заранее знало об этом?

Большинство людей, которым говорил, что я гей, отвечали: «Ой, наконец-то ты сказал. Мы и так знали и всё ждали, когда же ты это расскажешь».

У меня из родных знает только мой младший брат и его супруга.

Насколько вы вообще открытый человек?

На данный момент, увы, не очень.

В чём это проявляется?

Я ЛГБТ-активист, и некоторая закрытость мне требуется для обеспечения безопасности. Я регулярно получаю теперь угрозы и вынужден быть более осторожным. Я переживаю, например, что у моего молодого человека могут быть сложности. Вместо того, чтобы постить кучу совместных фотографий в соцсети, я выкладываю очень мало и редко, и каждый раз спрашиваю разрешение, чтобы его это не компрометировало.

Каждый раз надо думать не только о себе, но и о любимом человеке, каким образом это может отразиться на нём. Это отравляет жизнь. Это данность существования в России сегодня.

Изменялся ли ваш уровень открытости по сравнению с 90-ми, 2000-ми и уже 2010-ми? Становились ли вы более или менее открытым?

Я стал более закрыт последние годы.

Помню, как в 2013 году я вышел в центре Петербурга из метро и в первый раз в жизни услышал в свой адрес «Пидор». Меня тогда очень удивило, что я прямо в центре города услышал это слово. И понимал, что оно направлено мне только из-за цвета волос (я был выкрашен в блондина).

Как активист я максимально открыт и всегда говорю, что я гей, даю интервью, снимаюсь в видео. Я открытый публичный гей. Хотя слово «гей» меня раздражает, потому что это лишь одна из деталей меня как человека. Но для того, чтобы другие люди видели, что есть открытые геи, мне приходится эту самоидентификацию в какой-то момент выставлять на передний план. Но в личных отношениях мне пришлось стать более закрытым. Это вопрос безопасности меня и моего партнёра.
«С просветительским проектом Азбука Активизма мне посчастливилось побывать во многих городах России, пообщаться с ЛГБТ-людьми разных регионов». Самара (Россия). Март 2020.
А где вы учились, работали?

Я учился на юридическом факультете. Но никогда не работал по специальности, потому что меня всегда тянуло к чему-то более творческому. В Воронеже я был внештатным радиоведущим публицистических программ на «Радио России» и работал в книжном магазине. В 30 лет я переехал в Петербург и попал в сферу кино, работал в режиссёрской группе. Сейчас я работаю видеографом, снимаю репортажи и истории для СМИ, монтирую видео.

Случалось ли вам сталкиваться с дискриминацией, связанной с вашей ориентацией, где-то на учёбе или работе?

В Воронеже с дискриминацией особо не сталкивался. А в Петербурге с 2015 года, когда я заявил о себе открыто как активист и гей, мне стали отказывать в работе именно в связи с моей активностью и публичностью. Если бы я молчал, не высовывался, не ходил бы на ЛГБТ-прайды, может быть я бы продолжил работать и получать хорошие деньги в сфере кино.

После принятия в 2013 году закона о гомопропаганде среди несовершеннолетних запустилась машина государственной гомофобии и ксенофобии, когда власть начала использовать ЛГБТ как группу для отвлечения внимания от реальных проблем. Стало меньше информации об ЛГБТ, и соответственно возрос уровень гомофобии.

Насколько были открытыми ваши отношения с мужчинами? Были ли какие-то ограничения и с чем они были связаны?

Большинство парней, с которыми я общался и с которыми у меня складывались отношения, были гетеросексуальными. В юности я выработал для себя такой подход: все люди бисексуальны, просто гомосексуальная природа человека более зажата и подавляется обществом. Соответственно, если мне нравится молодой человек, я просто говорю ему о своей симпатии, делаю знаки внимания. И уже по его реакции могу понять, будет у меня с этим человеком что-то в будущем или нет.

У меня были проблемы с гомосексуальными людьми, встречаться с геями оказалось очень сложно. Из-за уровня моей открытости, из-за того, что мужчины-геи испытывают комплексы в принятии себя и гомосексуальных отношений как таковых…

А насколько изменилась ваша жизнь после смены режима, распада СССР? Или это никак особо не повлияло?

Мою жизнь изменил приход Путина к власти. Он вернул Советский Союз, только в более извращённой форме. Я перестал чувствовать себя свободным гражданином своей страны. Меня целенаправленно пытаются превратить в человека второго сорта, лишённого свободы мысли и свободы собраний.
«В некоторых городах вообще жить сложно. Не только ЛГБТ-людям. Многие мои знакомые уехали, например, из Челябинска в Петербург». Челябинск (Россия). Август 2020.
Какими для вас были 90-е?

Свобода. При всех сложностях в 90-х была свобода, развивалась демократия.

Когда Путин в начале 2000-х начал менять избирательную систему, стало понятно, что демократия в нашей стране завершилась. Это был первый очевидный звоночек.

Как вы оцениваете, изменилась ли жизнь в Воронеже и Петербурге после того, как Владимир Путин пришёл к власти?

В Воронеже жизнь для ЛГБТ сильно изменилась с принятием закона о гомопропаганде, там стали развиваться консервативные группы с религиозным уклоном.

В 1999 году я со своим парнем гулял по Воронежу, взявшись за ручку. Это сейчас снимают разные видео: «Геи идут по Москве, взявшись за руки!» А мы тогда шли без какого-либо ютуба. Мне захотелось взять парня за руку, мы и шли за руку – и никто нам ничего вслед не кричал. Позже, когда я приезжал из Петербурга в Воронеж, встретился с тем парнем и хотел в щёчку его поцеловать, а он испугался: «Нет-нет-нет! Вдруг нас кто-нибудь заметит!» Он уже боится в щёчки целовать... Уровень страха высокий.

В Петербурге сейчас тоже нет свободы. Невозможно провести прайд, ограничены права и свободы ЛГБТ-людей. Власть культивирует страх…

У меня есть знакомый, который и сейчас по Петербургу ходит со своим партнёром, взявшись за руки. И я со своим любимым хочу ходить так же. По той простой причине, что надо именно сейчас делать так, бороться за свои права, а не ждать какого-то особого момента. Нужно самим – сию минуту – менять жизнь под себя, и тогда она изменится. А не ждать, когда что-то произойдёт. Никогда особый момент не наступит, если ты сам не будешь прикладывать к этому усилия.

Я правильно понимаю, что вы выделяете такие переломные, с точки зрения ЛГБТ, точки как распад СССР в 1991, приход к власти Владимира Путина, и вот 2013 год – принятие закона Мизулиной?

Гомосексуальные отношения перестали быть уголовно наказуемы в мае 1993 года, после распада СССР. В 90-х появилось огромное количество литературы, доступной как самим ЛГБТ, так и людям, которые этим вопросом интересовались. У меня дома в Воронеже на полке стояла книга Игоря Кона «Люди лунного цвета». Я её спокойно купил в магазине без каких-то там 18+. Это было доступно. Можно было читать изучать, смотреть, понимать, кто ты есть. В 97-98 году появился интернет в университете. Я впервые зашёл на сайт «Гей.ру». Когда есть знания, когда знаешь, что такое ЛГБТ, ты к нему адекватно относишься. А приход Путина привёл к тому, что исчезли эти знания, и людей откинули назад. Когда нет источника знаний, люди не могут просвещаться. Начиная с 2000 года шло постепенное усиление гомофобии, которое реализовалось в 2013-2014-х годах в виде гомофобных дискриминационных законов. А дальше явилась государственная гомофобия, которая не прекращается до сих пор и является одним из инструментов управления.
«В Грозном я оказался в рамках пресс-тура. И просто не мог не встать с радужным флагом. Это в сквере журналистов, недалеко от Дома печати». Грозный (Чеченская республика, Россия). Декабрь 2019.
Что вы думаете о положении ЛГБТ в России на сегодняшний день?

На сегодняшний день положение не из лучших. Например, в 2020 году в Конституцию внесена норма о том, что семья – это вроде как союз только мужчины и женщины. Российская Федерация на уровне Конституции не хочет признавать, что есть союз не только мужчины и женщины. Это означает, что со своим партнёром я не могу заключить брак на территории Российской Федерации.

Есть закон о некой гомопропаганде среди несовершеннолетних, который действует как цензор. Люди боятся что-либо делать, потому что вдруг это гомопропаганда. Но никто толком не знает, что скрывается под этим термином.

Государственная гомофобия проявляется не только в том, что существуют эти дискриминационные законы, но и в том, что государство само потворствует людям, совершающим преступления на почве ненависти.

Подростки испытывают сложности. Если у подростков, например, возникают проблемы, они не могут вопросы своей идентичности обсудить с психологом или учителем, потому что есть статья о гомопропаганде. Ни учитель, ни психолог не могут сказать подростку, что быть геем – это нормально...

А о положении ЛГБТ в отдельных регионах России вообще страшно говорить. Власть не замечает убийства геев в Чечне, за эти преступления никто не несёт ответственности.

Жизнь ЛГБТ в России сегодня – это словно замершая жизнь, как зигота. Это псевдожизнь.

Вы можете привести какие-то примеры сложностей, с которыми сталкивались вы или ваши знакомые, живя в России и являясь ЛГБТ?

Являясь одним из организаторов Санкт-Петербургского Прайда, я постоянно сталкиваюсь с ограничением конституционного права на свободу собраний. Власть вставляет палки в колеса – то мы «гомопропаганда», то ещё какие-то нелепые ограничения. По сути прайд – это базовое право на свободу собраний, закреплённое Конституцией. Запрещая ЛГБТ-прайды, власть ограничивает право граждан, в том числе и гетеросексуальных.

Я постоянно получаю угрозы как активист, угрозы моей жизни и жизни моих близких. Такие угрозы получают многие открытые ЛГБТ-люди. Полиция не реагируют адекватным образом на заявления о преступлениях на почве ненависти.

Многие мои знакомые были вынуждены покинуть Россию, так как испытали мощнейшее давление со стороны органов правопорядка, или по причине того, что на них были неоднократные совершены нападения, приведшие к вреду здоровью. Некоторые покинули Россию, чтобы не лишиться возможности воспитывать своих детей.

Всё это далеко не полный перечень проблем и сложностей, с которыми сталкиваются и вынуждены жить ЛГБТ-люди в России.
«В международный День молчания стоял с плакатом в центре города. Прятаться по домам я не собираюсь». Санкт-Петербург (Россия). Апрель 2018.
То есть проблемы возникают не только у тех, кто занимается каким-то политическим активизмом, но и у обычных ЛГБТ?

У людей, которые занимаются активизмом, проблем может даже чуть-чуть меньше, потому что они открыты, они на виду. Публичность отчасти защищает. А когда ты закрытый гей, тебя легче дискриминировать. Закрытость является бичом. Допустим, совершено какое-то гомофобное нападение в отношении ЛГБТ. И человек не может обратиться в полицию, потому что боится, что информация из полиции попадёт на работу, на учёбу или ещё куда-то. Всё это отравляет жизнь.

Что бы вы хотели изменить в отношении к ЛГБТ сегодня? Что на ваш взгляд, можно было бы улучшить?

Я бы хотел изменений в отношении всех граждан России. Я бы хотел, чтобы Россия стала наконец реально демократической страной, с развитой правовой системой, с нормальной конституцией, с независимыми судами и реальной свободой граждан. Когда все граждане будут свободны, когда права всех людей будут уважаться и признаваться, тогда и ЛГБТ-люди, которые являются такими же гражданами России, тоже будут пользоваться всеми правами.

А вообще ЛГБТ – это как лакмусовая бумажка. Когда что-то запрещается ЛГБТ-людям, это означает, что те же самые проблемы есть и у гетеросексуальных граждан России. Потому что соблюдение прав ЛГБТ обеспечивает соблюдение прав всех остальных людей. И потому гетеросексуальные люди по умолчанию должны быть заинтересованы в том, чтобы права ЛГБТ соблюдались.

Что бы вы посоветовали молодым российским ЛГБТ сегодня?

Любите себя. Цените время вашей жизни. Берегите своих любимых и близких.

Жить ЛГБТ-людям в России трудно. Многие задумываются о том, чтобы покинуть родную страну. И в этом нет ничего страшного. Когда родина тебя выдавливает из себя, действительно бывает лучше обосноваться на новом месте и продолжить жить счастливо.

Если же вы чувствуете, что способны, хотите и уверены, что у вас получится, и вы готовы тратить на это своё время, – боритесь за свои права. Будьте открытыми. Ваша открытость – не только залог вашего успеха, она помогает другим ЛГБТ быть более открытыми и также бороться за свои права. Боритесь за власть, избирайтесь в органы законодательной власти, участвуйте в протестных движениях, начинайте строить фундамент России будущего сегодня.

Ваша жизнь – в ваших руках. И только вы сами решаете, как ею распорядиться.


Интервьюировал Николай Щербаков
Октябрь 2020



Связаться с нами: